Летнее утро. Веранда и двор пустые. Издалека доносится лай собаки.
Явление первое
С улицы во двор заходит И о с и ф Ф р а н ц е в и ч; в руке у него старая спортивная сумка, наполненная чем-то тяжелым; он возбужден, весел, с размаху бросает сумку на стол, кричит, обращаясь к оставшейся за калиткой с о б а к е, но рассчитывая, очевидно, и на иных, невидимых до времени с л у ш а т е л е й.
И о с и ф Ф р а н ц е в и ч.Ого – го – оо! жучка моя, вот мы и дома! добрались наконец-то, разлюбезная моя лохматая псинка, подружка моих печальных, неласковых дней; побегай пока по улице, покрути хвосты несчастным уличным шалопаям, попугай радостным лаем зазевавшихся случайных прохожих, порезвись на воле в свое удовольствие, отведи свою душеньку, как и положено обычной уличной шавке, ибо твоему хозяину сегодня не до тебя; у твоего хозяина сегодня найдутся дела поважнее! резвись, собачка моя, радуйся летнему погожему дню; радуйся солнцу, морю и ясному синему небу; потому что скоро наступит осень, и радоваться будет уже нечему, разве что только воспоминаниям о безвозвратно ушедшей веселой поре; когда оба мы, беззаботные и красивые, бродили по окрестным полям и лугам, внимая звукам Божьего мира, а также краскам его, запахам и всему остальному; приветствуя его, этот мир, тем, чем наделила нас от рожденья природа.
С улицы раздается веселый собачий лай.
Лай, жучка моя, лай, не щадя ни уха, ни сна ленивых обитателей этих Богом забытых трущоб, этих авгиевых, наполненных старым хламом, заросших фигами и лавром конюшен, со спрятанными внутри них старыми сонными клячами, которые сейчас, попомни мои слова, не преминут явить миру и кесарю свои мерзкие лошадиные морды.