Позвонили в дверь.

Все, кончены разговоры. Это Володя. (Пошел открывать дверь и ввел застенчивого человека лет тридцати.) Тот самый Владимир Львович, который хотел с тобой познакомиться. А это та самая Надя. Только ты его не пугай, он скромный человек.

НАДЯ. Садитесь. Чаю хотите?

ВОЛОДЯ. Спасибо. Не стоит.

Пауза.

НАДЯ. Ну, расскажите что-нибудь.

ВОЛОДЯ. Что мне рассказывать – живу, работаю… Лучше вы что-нибудь расскажите.

Вы с сестрой росли в детском доме, это интересно.

НАДЯ. Ничего интересного.

ВОЛОДЯ. Все-таки.

НАДЯ. Я не люблю это вспоминать.

ВОЛОДЯ. Но у вас героический характер. Вы еще сами были девочкой, а на руках – младшая сестра. У меня в жизни не было особенных трудностей – живу, работаю…

НАДЯ. Вот и расскажите.

ВОЛОДЯ. Что же мне рассказывать?

НАДЯ. Ну, как живете…

ВОЛОДЯ. Лучше уж вы расскажите, это, во всяком случае, интереснее.

НАДЯ. Я вообще не люблю вспоминать.

УХОВ. Она стесняется.

НАДЯ. Может, все-таки поставить чаю?

ВОЛОДЯ. Спасибо, я не хочу.

НАДЯ. Ну, тогда я не знаю.

Ухов включил проигрыватель, дал понять, что Володя должен пригласить Надю. Они танцуют вальс. Лида смотрит на них дико. Володя смутился. Ухов снова усадил их.

УХОВ. А у вас есть о чем поговорить. О кинокартинах, о книгах. Володя тоже книголюб. Только не надо стесняться.

ВОЛОДЯ. Вы читали "Над пропастью во ржи"?

НАДЯ. Последнее время мне некогда было читать. Днем работала, вечером училась.

УХОВ. Что же, так ничего и не читала? Я в это воскресенье приходил, ты что-то читала.

НАДЯ. Может быть, "Былое и думы"?

УХОВ. Ну, это серьезно. Ты же что-то более легкое читаешь? Не стесняйся, скажи.

ВОЛОДЯ. Вы говорите: работали и учились. Вот и расскажите, это же, наверно, трудно?