Женский голос по радио. «Эхо недели» передает: в гостях у Национального героя. Передачу ведет Й. П. Вайтблейк.

Господин с окладистой бородой. Спокойствие!

Фройляйн Луиза. Сделайте погромче!

Корбмахер. Тихо!

Вайтблейк (по радио). Дорогие радиослушатели, сегодня мы с нашим микрофоном находимся в Вифлеемской клинике. Мы присутствуем при торжественном акте. Но это не один из тех высоких государственных актов, которые столь часто, будь то подписание мира под Кенигеном или договора в Питанге, требовали благословения нашего Национального героя. Это акт любви к ближнему. Бальдур фон Меве принимает двух простых людей из народа, двух сограждан, особенно тяжело страдающих под пятой времени, двух инвалидов. В то же время этот прием чрезвычайно показателен для нашего Национального героя, потому что кто же, как не он, наш трагически занемогший Национальный герой, знает, что такое страдание. И поэтому он беседовал с этими простыми солдатами, изувеченными в дальних землях, в духе сердечного — Бальдур фон Меве сам употребил это слово — товарищества.

Национальный герой (по радио). Мы ведь товарищи.

Голоса (по радио). Браво! Да здравствует наш Национальный герой.

Национальный герой (по радио). Защитники нашей родины потеряли глаза и ноги, а у меня проказа. В конечном итоге всем нам приходится страдать.

Приглушенные аплодисменты.

Для нас троих это значит: держать выше голову и, сжав зубы, исполнять свой долг перед отечеством.

Страницкий (по радио). Господин Меве, вы говорили от всей души.

Страницкий (гордо). Это я говорю.

Вайтблейк (по радио). Что может быть показательней для глубокой любви, которую питает народ к своему Национальному герою, чем такие слова простого инвалида.