Пчелка, стоя на лестнице, играет туш.

Соломка. Как она тебя назвала?

Чайка. Что я, каждую клевету запоминать обязан?!

Пчелка. Извиняюсь, юбочником... (Играет туш.)

Соломка. Убираете-то как?

Чайка. Раздельным способом.

Соломка. Вижу, что раздельным. Вся бригада в поле, а бригадир возле кухни отирается...

Чайка. Вы что, Трофим Григорьевич, сурьезно ее брехне поверили?

Соломка. Поверил, не поверил, а за одну дужку держались.

Пчелка. Теперь не иначе придется алименты платить.

Чайка (Пчелке). Ну, ты что? Ты что? Я кто тебе?

Соломка (присаживаясь к столу). Вот что, хлопцы, я вам скажу... Вы Павлину не забижайте... Ухажерьте где на стороне. (Чайке.) А тебе особо надо блюсти себя, предупреждаю. Вот.

Чайка. Что вы, Трофим Григорьевич? Я и так себя соблюдаю.

Соломка. Во, во... Галину не тревожь. Она у нас передовой бригадир, у нее показатели могут упасть.

Чайка. Вот это вы напрасно, Трофим Григорьевич, я Галину Дмитриевну искренне ценю и уважаю...

Соломка. Насчет уважения — знаю... Знаю, что за левадой встречались...

Чайка. Так то же случайно!

Соломка. Имею более объективную информацию.

Пчелка играет туш.

Чайка (Пчелке). Будя! (Соломке.) Какую такую информацию?

Соломка. Интересуешься? Спроси у деда Сливы.

Чайка (отмахнулся). Старый брехун! С перепою померещилось!

Соломка. В каком он был состоянии — мне неведомо.