Старинное имение километрах в двадцати от Бордо. Просторная и красивая общая зала.

В глубине сцены справа – лестница, ведущая в верхние комнаты, а слева – тяжелая и мрачная дверь в погреб. В правой стене – две застекленные двери, выходящие на террасу. Между ними – узкий секретер, на котором стоит телефон. Открыта только дверь; слева от секретера за ней широкий и высокий коридор, ведущий в комнату Виолетты. У противоположной стены – посудный шкаф, на нем – изящная круглобокая полихромная супница XIX века. Слева от шкафа – дверь в кухню; угол комнаты занимает угловой сундук.

Посреди сцены, но ближе к посудному шкафу – огромный стол со стульями.

Ближе к застекленным дверям стоит кресло Виолетты. Около секретера – низкий пуф.

В глубине сцены между дверью в погреб и лестницей – большой ларь.

Пол покрыт плиткой спокойного рисунка.

На стенах и на мебели – портреты, семейные фотографии, безделушки, цветы. В распахнутую застекленную дверь проникают мягкие лучи заходящего апрельского солнца. Жермена Лапюи хлопочет около посудного шкафа – полирует его воском и напевает. На пороге застекленной двери появляется Клеман Дувр, автоинспектор огромного роста, в каске, сапогах. Жермена не замечает его…

Клеман (в шутку пугает ее). Полиция!

Жермена (вздрагивает и оборачивается, рассерженным тоном). Ах как остроумно!

Клеман (смеясь, кладет свои краги на маленький секретер). А хозяйки что, нет?

Жермена. Отдыхает… А мотоцикл где? Сломался?

Клеман (лукаво). Скажешь тоже. Последние сто метров я выключил мотор.