Не сразу сын ваш стал тем, кто теперь он есть,Не все его дела вам оказали б честь.Но было б тяжело вам видеть в ваши годы,Какие перенес он беды и невзгоды.Взяв деньги перед тем, как из дому уйти,Он в первые же дни истратил их в пути,И, чтоб добраться до Парижа, он в дорогеМолитвы продавал калекам и убогим,Был предсказателем, и так с большим трудомПарижа он достиг. Там жил, как все, — умом.Публичным был писцом, потом поднялся выше,Став у нотариуса клерком, но не вышелСлужака из него: он от бумаг устал;И вот с ученой обезьяною он сталБродить по ярмаркам. Потом слагал куплетыДля уличных певцов, которые за этоЕму платили мзду. И он, трудясь, как мул,И выработав стиль, на большее рискнул —Писать романы стал, не выходя из дома,И песни для Готье, и байки для Гийома. А после снадобьем от яда торговал.И столько раз потом профессию менял,Что никогда Бускон, Гусман и Ласарильо С ним не сравняются, что б там ни говорили…Зато Доранту есть о чем поговорить.
Придаман
Как за его уход мне вас благодарить!
Алькандр
Я вам не показал еще мое искусство,И краток мой рассказ: щажу я ваши чувства.Так вот, потом ваш сын, утратив прежний пыл,Судьбой капризною в Бордо заброшен былИ находился там в неважном положенье,Покуда не попал однажды в услуженье