Фелисити (настойчиво). Доктор Эдж, пойдите послушайте, что они говорят, и опровергните их, если они не правы. Прошу вас! Ради моего дедушки.

Он испытующе смотрит на нее, кивает в знак согласия и уходит, закрывая за собой дверь.

Кеннет (хмуро). Завтра приедет еще несколько бонз…

Фелисити. Кто?

Кеннет (неопределенно). О, бонзы из государственных картинных галерей, бонзы-адвокаты, бонзы-комиссионеры по продаже картин. Уже получены и отправлены десятки телеграмм.

Гермиона. Я чувствую себя отвратительно. Через минуту закажу немного бренди. Фелисити, милая, почему ты говорила с доктором Эджем так, будто ты подозреваешь что-то неладное?

Фелисити. Потому что я действительно кое-что подозреваю.

Кеннет. Правильно, черт побери, не спускай глаз с этих бонз.

Входит Томми, в руках у него очень большой поднос с холодным мясом, салатом, картофелем, вилками, ножами и тарелками.

Томми (ставит поднос на стол). Вы тут сами разберетесь, у меня совсем нет времени.

Гермиона. Хорошо. Но вы принесете мне большой стакан бренди, а?

Томми. Конечно. (Делает знак Фелисити, которая поднимается, чтобы расставить тарелки.) Послушайте, мисс!

Она подходит поближе.

(Тихо, но многозначительно) Вас вызывает Стэн.

Фелисити. Ах вот как! Меня вызывает Стэн? Ну так Стэну придется прийти сюда самому.

Томми (таинственно). Это невозможно, мисс. Здесь дело сложное. Он в кухне, возле кладовой. И лучше поторопитесь. Стэн долго ждать не будет. (Поспешно выходит.)

Фелисити (недоуменно смотрит ему вслед). Какая наглость, черт возьми!

Гермиона. Что все это значит, дорогая?

Фелисити (не поворачивая головы). Это известно одному только Богу – или Стэну. (Выходит)

Гермиона (кричит ей вслед). Принеси мне бренди, милая! (Кеннету.) На нее, правда, мало надежды.