Фелисити (холодно). Никак.

Томми. Стэн – парень не промах. Себе на ногу топора не уронит.

Фелисити. Терпеть не могу ничего топорного. (Предано, Бистону) Вам не жаль, что репортеров на время отослали отсюда?

Бистон (угрюмо). Нет. Толку от них мало, а хлопот – невпроворот.

Фелисити (после некоторого колебания). Можно мне задать вам один вопрос?

Бистон (выпрямляется и смотрит на нее). Я не могу вам запретить, но вообще не стоит. Вы же видите, я занят. Ну что еще?

Фелисити. Почему вы поссорились со своим сыном?

Бистон. Это уж мое дело. Но если хотите знать – потому что он зазнался.

Фелисити. Понимаю. То есть я как будто знаю, что представляют собой современные молодые люди.

Раздается громкий стук в дверь.

Бистон (раздраженно). А это еще что за чертовщина? (Спешит к двери)

Стук не прекращается.

(Кричит.) Перестаньте колотить в дверь! (Отпирает дверь и распахивает ее)

Сразу же врывается Лео Моргенштерн. На нем плотное пальто, в руках чемодан. Это немолодой австрийский еврей, темпераментный и пылкий.

Бистон (останавливает его). Эй, мистер, постойте! Если вам нужна комната, здесь вы ничего не найдете. А если хотите выпить, то заходите попозже.

Лео (замечает Фелисити; возбужденно). Мисс Кендл, Фелисити, я Лео, Лео Моргенштерн.

Фелисити. Хэлло! Не беспокойтесь, мистер Бис-тон. Это комиссионер моего дедушки, он продает его картины.

Бистон (собирается запереть дверь). Ну, здесь он торговать не будет!

Лео (Фелисити). Как Саймон?

Фелисити. Врачи еще у него.

Лео. Мне нужно как можно скорее повидать его. Это просто ужасно. Я был в Кап-Ферра – думал купить там Матисса, – услышал это известие, бросил все и помчался сюда. Но, мой бог, что за гостиница! Какие дикари! Здесь даже хозяин похож на свирепого полисмена…