Жорж. Сразу видно, что вы далеки от вредных идей, которые объясняют преступность социальными условиями.

Сибило. Преступник — это преступник.

Жорж. Восхитительно! Я не посмею растрогать вас воспоминаниями о моем злосчастном детстве. Не все ли равно, что я жертва первой мировой войны, русской революции, капитализма...

Сибило. Есть другие жертвы. Например, я. Но я не вор.

Жорж. У вас на все есть ответ. Ваши убеждения непоколебимы.

Сибило. Хватит! Мне некогда слушать вашу болтовню. Ступайте в ту комнату, пока не придет полиция.

Жорж. Еще одно слово, и я уйду. Вы, честный человек, и я, мошенник, мы оба сошлись на одном. Мы оба осуждаем коммунизм. Мы оба уважаем частную собственность.

Сибило. Вы уважаете собственность?

Жорж. Как же я могу ее не уважать? Я ею живу. Я знаю, что вы мне ответите. Конечно, время от времени я перемещал капиталы. Ну и что же? Это даже помогает сохранению порядка. Ведь, не будь воров, чем можно было бы оправдать существование полиции? Ваша дочь хотела меня спасти, вы решили меня выдать, но, поверьте, вы мне гораздо ближе. Разрешите теперь перейти к практическим выводам. Для меня совершенно очевидно, что мы должны работать вместе.

Сибило. Работать с вами? Да вы с ума сошли!

Жорж. Я могу быть вам очень полезным.

Сибило. Вы — мне?

Жорж. Я слышал, что вы говорили вашей дочери. Вы ищете гениальную идею. Не так ли? Что же, я могу вам ее подсказать.

Сибило. Вы? Идею? Для борьбы с коммунизмом? Да разве вы в этом разбираетесь?

Жорж. Мошенник должен разбираться во всем.

Сибило. Ну, говорите, только скорей, и я замолвлю за вас словечко перед полицией.

Жорж. Невозможно.

Сибило. Почему?

Жорж. Я могу быть вам полезным только на свободе.

Сибило. Но полиция...

Жорж.