Баран. Объясните господину Некрасову, что меня обязательно должны расстрелять. Я председатель четырех акционерных обществ. Всей своей жизнью я доказал... Почему вы молчите?

Общее смущение.

Палотен, вы собираетесь опубликовать этот список?

Жюль. Я поступлю так, как решит правление.

Бeржeра. Ясно, что нужно опубликовать.

Баран. Тогда вам придется включить мое имя. Читатели не поймут, почему меня обошли. Вас забросают протестами.

Жорж берет шляпу и идет к выходу.

Жюль. Куда вы?

Жорж. В редакцию «Франс-суар».

Нерсья. В редакцию «Франс-суар»? Но...

Жорж. Я никогда не лгу. В этом моя сила. Вы опубликуете мои разоблачения слово в слово, или я передам их другой газете.

Баран. Идите к черту! Мы обойдемся без вас.

Нерсья. Дорогой мой, вы сошли с ума!

Шариве. Это — безумие!..

Бeржeра (Жоржу). Вы нас простите, ради бога...

Лерминье. Наш председатель — очень нервный человек.

Нерсья. Но мы жаждем правды!

Бeржeра. Всей правды!

Лерминье. Только правды!

Жюль. И мы напечатаем все, что вы хотите.

Баран. Этот человек — самозванец!

Неодобрительные возгласы.

Жорж. На вашем месте я был бы осторожнее. Кто не включен в список: вы или я?

Баран. Вы позволяете оскорблять вашего председателя?

Шариве. Дорогой господин Баран...

Баран. Прочь! Вы хотите ошарашить старых баб вздорными сенсациями, повысить тираж, и вы приносите в жертву золотому тельцу двадцать лет дружбы! Я вам докажу, что этот субъект — жулик, самозванец! (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Те же без Барана, потом Фифи.

Все. Ах! Ах! Ах!