Кастанье. Повысили жалованье? Мне?

Жорж. Да.

Кастанье. Вы лжете! Ведь вы мне сами только что сказали, что вы меня не знаете.

Жорж. Я вас немного знаю. Я знаю, что вы честно работаете в газете двадцать лет.

Кастанье. Я работаю на этом месте только пять лет.

Жорж. Хорошо. Я вам все откровенно скажу. Важные политические мотивы...

Кастанье. Я никогда не занималась политикой.

Жорж. Скажите, а другие? Они еще кого-нибудь уволили?

Кастанье. Да, так говорили.

Жорж. Кого? Сколько?

Кастанье. Не знаю.

Жорж (Сибило). Ты видишь, эти шакалы их всех уволили! Ах, подлецы! Я пойду с вами, госпожа Кастанье. Я никогда не обижал простых людей. Я не отстану от Палотена! (Бросается к выходной двери.)

На пороге вырастает телохранитель.

Телохранитель. Нельзя!

Жорж. Что значит «нельзя»? Я хочу выйти.

Телохранитель. Нельзя. Опасно.

Жорж. Но вы будете меня сопровождать.

Телохранитель. Запрещено.

Жорж. А если я не послушаюсь?

Телохранитель (с легкой издевкой). Ого!

Жорж. Хорошо. (Захлопывает за ним дверь.) Сибило, пойди с госпожой Кастанье к редактору и скажи ему, что я не бросаю слов на ветер. Если уволенные сотрудники в двадцать четыре часа не будут восстановлены, я отдам продолжение своих мемуаров в «Фигаро». Госпожа Кастанье, может быть, я невольно причинил вам зло, но я клянусь, что все убытки будут вам возмещены.

Сибило и Кастанье идут к выходу.

Ты со мной не прощаешься, Сибило?

Сибило. До свидания.

Жорж. С кем ты прощаешься?

Сибило. До свидания, Некрасов!

Жорж. До свидания, Сибило. Позвони мне, как только найдешь Палотена.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ