Б. Потому, что ты этого хочешь.

А. Это правда. Она хотела подготовить нас… к выходу в свет, для встречи с мужчиной, для поиска своей дороги в жизни. Малышка не смогла, и это грустно. А я осилила. Я сумела. Я встретила его на вечеринке, и он сказал, что видел меня прежде. Он был уже женат дважды — первая была блядь, вторая-пьяница. Он был забавный! Он сказал, давай пойдем в парк — поездим верхом, и я сказала хорошо, перепугавшись до смерти. Я соврала, сказав, что умею ездить верхом. Ему было все равно; он хотел меня; я отлично понимала это. Это длилось шесть месяцев.

Б. Моя ты девочка!

А. У нас были лошади, когда мы поженились; была конюшня, беговые лошади; мы ездили верхом.

В. (мягко.) Надо же.

А. Я научилась ездить верхом и у меня хорошо получалось.

Б. (поддерживая.) Не сомневаюсь!

В. (с легким презрением.) Неужели?!

Б. Ш— ш-ш-ш-ш.

А. (С детским энтузиазмом) Я ездила в дамском седле, в мужском, я каталась на пони— в экипажах— и мне все это нравилось. Бывало, он поедет со мной и мы скачем все утро, и далматинец с нами— как его звали. Сьюзи? Нет. У нас были хорошие лошади, мы участвовали в выставках, получали все призы, мы хранили их в большом ящике внизу…нет, это было в другом доме. Мы держали их… (Пауза. Воодушевляясь.) И кубки. Все золотые кубки, которые мы выиграли, и чаши, и блюда… Мы знали всех судей, но выигрывали мы не поэтому: мы выигрывали, потому, что были лучшими.

В. (Про себя.) Естественно.

Б. (в пол голоса.) Веди себя прилично.

А. (отстранено.) О, она еще научиться.