А. (вскрикивает.) Рука! Моя рука!

В. (встревожено) Простите!

А. В кровать! Я хочу в кровать!

Б. Ну, хорошо, хорошо. Мы почти уже пришли. Ну вот, пришли.

А. (совсем, как ребенок) Я хочу в кровать! (От боли) О! О!

Б. Тихо. Тихо.

А уже под одеялами, сидя в кровати.

Б. (продолжая) Ну вот. Теперь удобно?

В. (к Б.) Извини. Я не хотела…

Б. Ничего. Все в порядке.

В. Я как-то не в своей тарелке… от всего этого.

Б. Разберешься со временем.

В. Сомневаюсь.

Б. (Успокаивая.) Ну, хорошо, представь себе, что ты живешь уже так долго, что больше и не хочешь. Вот все и поймешь.

В. Спасибо. А что дальше?

Б. (с закрытыми глазами) Почему ты меня спрашиваешь?

В. А кого я могу еще здесь спросить?

Б. (все еще с закрытыми глазами.) Ты меня спрашиваешь?!

Пауза.

А. (приподнявшись. Глаза то открываются, то закрываются. Блуждающий взгляд, полный сознания.) Что в наших силах, а что нет? Что мы помним, и в чем не уверены. Что я помню? Я помню себя высокой. Я помню, как поначалу, это делало меня несчастной, то, что я выше всех в классе, выше мальчиков. Моя память как волны: то накатит, то отступит. Мне кажется, что меня обворовывают… Я знаю, что это так, просто я не могу доказать. Я думаю, что я знаю, а потом не могу вспомнить, что я знаю. (Тихо всхлипывает.) Он никогда не приходит навестить меня.

Б. Да нет же. Приходит.

А. Только по необходимости.