А. Да, это интересно.

В. Нет, не буду.

В. (выходит на первый план и обращается к зрителям. А и Б наблюдают и время от времени обмениваются комментариями.)

В. Нет, я уверена, — я это чувствую. (Показывает на А) Лежать… вот так. Никогда!

В. всхлипывает, А пожимает плечами, хихикает…

В. (продолжает) Никто не должен! Мне 26. Я хорошая. У меня строгая, но справедливая мама— она еще жива, она любит меня и Сью, и она желает нам добра. У нас замечательная квартирка, у меня и Сью, и по вечерам мы прогуливаемся с нашими друзьями, и я все время в ожидании своего… как это возлюбленного? И Сью тоже, я думаю. Мне кажется, я еще не любила, хотя была уже любима двумя, но они были не такие, как надо.

Б. (печально, себе самой). Они никогда не будут такими, как надо.

А. (мурлыча) Х-м-мм.

В. Мама говорила, каким должен быть тот, настоящий. Мы хорошо проводили время — танцевали, гуляли допоздна, любовались луной. И временами мы увлекались, снова и снова и это было замечательно. Хотя Сью, по-моему, не столь придавала этому значения. Мы увлекались, конечно, но ничего серьезного. Я все время держала ухо востро, и мы сделали дело. Мы получили работу, как манекенщицы, в самом модном магазине города.

Б. Я не хочу этого знать!

А. Да, ладно. Это было забавно.

В. Мы ходим на работу, надеваем эти замечательные платья и элегантно прогуливаемся по магазину (изображает) среди дам, совершающих покупки в сопровождении мужчин, а иногда без, и нас останавливают и щупают наши платья— шелк, материал— нам задают вопросы, потом мы переходим к другой группе, в другую секцию. Мы крутимся…порхаем.

Она изображает это. Б. Подражает. А. тоже, но сидя.