Мы договорились с Димкой, что он заедет за мной к Артуру. Мы не собирались оставаться тут на ночь и хотели вернуться домой к двенадцати, ну или чуть позже. Когда в дверь позвонили, Артур попросил меня открыть, потому что варил кофе, а Костя спал.

Открыв дверь, я остолбенела. На пороге вместо Димки стоял Сергей.

Депутат Ефимов толкал речь в актовом зале Крестов, расположенном в церкви Святого Александра Невского – центральной точке тюремного комплекса.

Пашка (трезвый) все снимал, правда, я чувствовала, что ему, слушая депутата, очень хочется выпить. Ефимов использовал в основном три выражения: святая частная собственность, деньги не пахнут и честные выборы – и очень удачно и, главное, умело их сочетал.

Из журналистов были не только мы, но и представители других телеканалов и печатных изданий. Депутат разослал приглашения тем представителям СМИ, которых хотел видеть (вернее, с подачи которых хотел видеть себя любимого), и сам занимался аккредитацией.

Никому из журналистов не пришлось лично представлять заявки в пресс-службу ГУИН. Ефимов обеспечил и разрешение на посещение Крестов, и разрешение на съемку, которое следует получать отдельно. По камерам, к моему большому сожалению, депутат не пошел. Да и журналистов бы вслед за ним в любом случае не пустили, как я выяснила. Но малявы я передала. И в качестве оплаты услуг – пачку «Мальборо». Мне обещали прогнать их до адресатов. Только я вначале не поняла, почему в зале не было Сергея. Он что, не мог догадаться, что я тут буду?

– Кто сейчас находится в зале? – спросила я у мужчины лет сорока, с которым оказалась на соседних сиденьях. Пашка с камерой перемещался по залу, снимая Ефимова с разных точек, а также брал и зал – по моему указанию.