– А Димка может сюда каким-то образом попасть?

– В принципе, может. Вы, журналисты, народ изобретательный. Но потом ему популярно объяснят, о чем писать можно, а о чем – нет. С камерой точно не пустят. Юлька, я серьезно. Не вздумай адрес упоминать! И сама сюда потом не заявляйся. Если кто-то из любовников привезет – другое дело.

Кстати, хочу отметить, что снаружи здание ничем не напоминало гостиницу. Оно было похоже на советский научно-исследовательский институт, вернее, его небольшой филиал. Да и найти эту гостиницу не так-то просто. Несмотря на мою хорошую зрительную память, я совсем не была уверена, что смогу сюда добраться, например, приехав в Выборг на электричке. Здание терялось среди похожих домов, ничем не выделяясь. И как только постояльцы не путают его с другими?

Я спросила об этом вслух.

– Ну, ведь в первый же раз тебя обязательно кто-то привозит. И во второй, как правило, тоже. Можно позвонить администратору. Они встретят.

– А когда ты намерен платить мне десять тысяч? – спросила я, чтобы Серега не особо раскатывал губу и не думал, что я тут нахожусь лишь из большой светлой любви к нему. Не следовало ему показывать, как я страдала все это время.

– Сейчас у меня с собой две восемьсот, – не моргнув глазом ответил милый, достал бумажник из внутреннего кармана, вынул баксы и вручил мне. – Остальное в Питере. Заедем в одно местечко, и я тебе их вынесу.

– А в этом местечке мне по голове не дадут?

– Нет, это моя квартира.

– А волосы не вырвут? Фотографию не испортят?

– Юля, я же сказал: это моя квартира! Лично моя. Там никто не живет. Ну только я иногда бываю.

– С твоими родителями все в порядке? Это не их квартира?

– Нет, не их. Слава богу, живы-здоровы. Они, кстати, часто тебя вспоминают. Сравнивают с Аллочкой. Меня идиотом называют, что на тебе не женился. Все твои статьи собирают и тычут ими меня в нос. Твои репортажи смотрят. В выходные вздыхают: «Сегодня Юли нет…»