Уходит в угол и там пьет, достав бутылку из кармана. На председательское место решительно и быстро вскакивает Молодой Хулиган со смертельно-бледным, бескровным лицом и черными закрученными усиками.

По-видимому, он считается очень красивым и знает это, потому что сильно рисуется и кокетничает. Но минутами все это соскакивает, и тогда в зверином оскале зубов, в бледном лице, в том, как нежно и томно щурятся маленькие острые глазки, чувствуется беспощадная свирепость, безграничная плоскость и обнаженность души, полное отсутствие чего бы то ни было сдерживающего.

Говорит, несколько грассируя.

– Прошу молчать. Я председатель.

– А кто тебя выбрал?

– Сам выскочил.

– Нет, это хорошо. Он может…

Председатель (свирепо оскалив зубы). Молчать! Тихо. (Продолжает томно и нежно.) Тут у некоторых есть ножи!.. Кто будет спорить против избрания, шуметь, нарушать порядок, того я просил бы сходить к попу и исповедаться в грехах…

Довольный смех.

– Молчать! Эй, посадить того пьяницу на место.

– Тут буфет.

Пьяницу, бывшего председателя, бьют и сажают на место.

– Ну и сел.

– Молчать! Ставится на обсуждение вопрос о необходимости всеобщего разрушения.

– Как?

– Всеобщего разрушения. Ораторов прошу записаться в очередь. Женщин и пьяниц прошу говорить только по специальному приглашению председателя.

Тихо. Кто имеет сказать?

Встает один.

– Я предложил бы подождать Отца.

Председатель