Они катались по поляне от одного конца до другого, туда и обратно, таская друг друга за волосы, царапаясь, пинаясь и задыхаясь от злости. Потом перекатились через какую-то колоду, причем Симмонс так стукнулся о нее головой, что подумал, будто колода расколется.

- Ах ты, чертов трус! - вскричал он.

Отпустив шею противника, он сложил вместе два кулака и изо всех сил ударил ими мистера Ноттера в нос. Симмонс впервые ударил до крови. Мистер Ноттер пришел в ярость, силы его удвоились, он бросился на Симмонса, прижал коленями к земле и стал лупить его по физиономии.

Симмонс почувствовал, как кровь заливает его лицо, и решил: все - его убивают. Мощным толчком он стряхнул с себя противника, повалив на бок, уселся сверху, и соперники опять сцепились, запустив друг другу пальцы в оставшиеся волосы.

- Пусти мои волосы, - завопил один, корчась от боли.

- Мои отпу-усти, - пронзительно заверещал второй.

Симмонс дернул еще сильнее, но даже его затуманенным мозгам было ясно, что скальп мистера Ноттера вовсе не самая чувствительная часть его тела.

Поэтому он выпустил шевелюру противника и вцепился ему в нос. Зажав двумя пальцами распухший и кровоточащий орган дыхания, он принялся изо всех сил дергать его то в одну, то в другую сторону.

Мистер Ноттер издал ужасный вопль и еще сильнее вцепился Симмонсу в волосы. Отчаявшись, Джон отпустил нос и сжал горло мистера Ноттера.

- Пусти мои волосы, - взревел он снова, ослепнув от слез.

В горле мистера Ноттера что-то булькнуло, и он ослабил хватку. Обезумев от ярости, они опять покатились по траве, подминая друг друга. Симмонс костяшками пальцев нажал на глазное яблоко мистера Ноттера, вращая кулак то в одну, то в другую сторону. Мистер Ноттер изловчился и, подавшись назад, с размаху ударил лбом в нос Симмонсу, вызвав новый фонтан крови.

Страшно выругавшись, Симмонс начал дубасить противника обоими кулаками по лицу - по глазам, зубам, носу, куда попало. Они снова перекатились к поваленному дереву на краю поляны, и мистер Ноттер на сей раз оказался сверху.