Ворвались несколько фрейлин. Погнали шутов: «Кыш! Нелюди! Не до вас, чертовы дети!» Расставляют зеркала. Раскладывают гребни, флаконы с духами и прочие принадлежности. Заметив в зеркале приближающуюся царицу, все испуганно замирают в почтительных позах. Появляется Екатерина, сопровождаемая камер-фрейлиной Головкиной.
Картина вторая
Екатерина
(садясь перед зеркалом)
Ишь, сколько цирюльников набежало! Чего вылупились? Чай, не в кунсткамере. Одна фрейлина, что ль, не может царицу причесать?
Головкина
(шутам и фрейлинам)
Все – прочь!
Шуты и фрейлины исчезают. Головкина причесывает Екатерину.
Екатерина
Вот тут заколи... И тут!.. Да не так! О, майн гот! Экая ты, Катиш, неловкая... Ну вот – локон сбила.
Головкина
Прощенья просим, государыня.
Екатерина
(сама пытается вернуть локон на место)
Черта мне в твоем прощении, дура! Вона!.. Теперь и не запендеришь его обратно... Ты у кого убранству волос училась?
Головкина
У Минны Карловны, государыня.
Екатерина
Минна Карловна – уборщица отменная... Зеер гроссе фризе-майстер!
Головкина
Да это уж точно, государыня, зеер гроссе... Но мне Бог такого таланту не дал.
Екатерина
Как же не дал? Себе-то вон какую прическу соорудила... Чистый Версаль!
Головкина