(втянул носом воздух)

От Шафирова идешь?

Балакирев

От Шафиро...

(Осекся, удивленно смотрит на Лакосту.)

Ты чего? Буквы стал выговаривать?

Лакоста

(невозмутимо)

Я всегда выговаривал. Я ведь только на службе картавлю, Ваня. Для смеха. А сегодня у меня выходной. Шабад. Суббота, по-вашему. Мне в этот день положено с Богом разговаривать. А с Богом без букв никак нельзя...

Балакирев

А ты, Лакоста, чей человек: Меншикова, Шафирова аль еще кого?

Лакоста

Я теперь уже всехний, Ваня! И с Долгорукими водку жрал, и с Лефортом шнапс тринкал... Такая наша шутейная должность! Через нас большие люди большие дела делают. Для тебя ж главное – когда с ними пьешь, чтоб тобой не закусывали... Понял?

Балакирев

Пока не очень...

Лакоста

Поймешь, когда с мое прослужишь. Я ведь сам-то последний год... и на покой!.. Только Бога буду веселить! Вот дочке на приданое соберу – и все!.. Дочка у меня кр-расавица... между прочим. Р-ревека – с двойным «р»!.. Жениться еще не думаешь?

Балакирев

Думаю. Как не думать?

Лакоста

Думай скорей, Ваня! Не то без тебя тебя и женят. Здесь золотое кольцо не на палец – на горло надеть могут...

(Заметил появившегося Ягужинского.)

Все! Поберегись! Кончаем хазгавох...

Балакирев

(он не видит Ягужинского)

Чего?

Лакоста

Кончаем хазгавох... Пхощай!

(Почтительно согнувшись, проходит мимо Ягужинского.)

Здхафствуйте, фаша сфетлофть!

Ягужинский