Йоран Перссон. Ну и ты не вмешивайся!

Эрик. Ха-ха-ха! А знаешь, с тех пор как в тебя попала стрела Амура, ты мне стал как-то больше нравиться, я тебе, пожалуй, больше верю. Нельзя ль взглянуть на твой платоновский прообраз?

Йоран Перссон. Смею ли я просить моего высокочтимого друга не потешаться над тем, что должно быть свято для каждого благородного человека…

Эрик. А ты негодяй, Йоран!

Йоран Перссон. Был прежде, теперь не тот; но знаю, если она меня покинет, я стану прежним!

Эрик. Прежним! Йоран – Дьявол из «Сизой голубки»!… «Под злата звон, под гром булата…»

Йоран Перссон (показывает на ширму). Ш-ш! Не буди страшного прошлого… я был зол тогда, потому что никто меня не любил…

Эрик. И что ты мелешь, Йоран! Неужто ты веришь, что она тебя любит?

Йоран Перссон. Что? Что ты сказал? Кто наговорил тебе? Кто? Кто?

Эрик. Постой! О чем ты? Я ничего не знаю, сказал наобум, ведь нередко так бывает.

Йоран Перссон. Не задевай этой струнки, Эрик, не то дьявол снова сойдет в мою душу, где я недавно поставил небольшую капеллу неведомому Богу…

Эрик. Ха-ха-ха!

Йоран Перссон. Да, странная вещь – любовь, она будит в нас память о детской вере…

Эрик. Гм!

Йоран Перссон. Ну и смейся!

В дверь стучат.

Открыть?

Эрик. Пожалуйста! Есть только один человек на свете, с которым мне бы не хотелось встретиться.

Йоран Перссон вопросительно смотрит на него.

Это отец Карин! Солдат Монс!

Йоран Перссон (отпрянув от двери). Солдат Монс!

Монс (решительно входит, сперва не узнает короля, подает бумагу Йорану). Прочтите, господин секретарь, сделайте милость. (Узнает Эрика, смущается, потом медленно стягивает каску.) Король! Надо бы на колени пасть, но не могу я, видит бог, хоть вы меня режьте. (Пауза.) Рубите голову с плеч, коли честь отняли!

Эрик. Твоя честь, Монс, может быть восстановлена…