– Все время махал руками. Темно же было. Дурацкая затея с этой лампой. Кажется, показал где-то между тобой и Эвой.

– Мы обе женского пола, – я чудом увернулась от очередного пука крапивы, которым Алиция размахивала у меня перед носом. – Ты не могла бы бороться с сорняками чуть менее энергично? От ревматизма я уже вылечилась: меня две недели кусали красные муравьи.

– Почему красные? – рассеянно спросила Алиция.

– Такие водятся там, где я была…

– Подожди. У меня с ними что-то связано…

– Наверное. Муравьи красные. Все красное.

– Подожди. Красные муравьи… А Зося об Эдеке не знает? Что-то она говорила, похоже на красных муравьев…

– Зося может знать. Она же видела Эдека в Польше. Надо спросить.

– Может, он там с кем-нибудь встречался?…

Внутри у меня что-то дрогнуло.

– Похоже, Эдек что-то о ком-то знал, – осторожно сказала я. – И этот кто-то его укокошил. Ты как думаешь: кто-то из нас или чужой?

Алиция рассвирепела:

– Кто-то из нас – это кто, ты?

– Рехнулась? Почему я?!

– Ну и не я. Возможно, и не ты. Лешек и Хенрик отпадают. Кто остается? Зося? Павел? Эльжбета?

– Еще Анита, Эва и Рой. Про них забыла?

– Я мыслю логично. Он их почти не знал. Скорее всего имел в виду кого-то из Польши, он ведь никуда не ездил. Будь любезна, убирайся отсюда к чертовой бабушке!

Я опешила.

– Бога ради, почему?! – спросила я пораженно. – Так сразу?

– Что? – буркнула рассеянно Алиция. – Пошла вон! Будешь еще тут жужжать!

– Я думала, это ты мне, только не поняла, убираться из крапивы или вообще из Аллеред. Делала бы ты, что ли, паузу, меняя собеседника!

– Что?… Нет, это я осе. К гостям пока еще так плохо не отношусь.

– Может, и зря. Из вчерашних событий следует, что Эдек был прав. Принимаешь у себя черт знает кого…

Наступившие сумерки прервали наше занятие.