Может быть, галицийцы не знали, что такое СС, вообще? Знали — галицийцы жили на территориях, где происходили интенсивные аресты и облавы, депортация евреев, а затем и галицийцев. Кроме того, многие галицийцы видели и знали, как поступали с советскими пленными немцы летом 1941 г.

В рамках положительного отношения украинцев к дивизии как кузнице кадров будущей украинской армии (в данном случае УПА (б)) основными доводами является то, что «в лесу было мало командиров», «в лесу было мало оружия». Однако это далеко не так. На тот момент только в одной Галиции насчитывалось порядка 600 бывших офицеров-украинцев[32]. Конечно, многие офицеры были достаточно пожилыми, средний возраст был в пределах 40—50 лет, но были офицеры и старше. Однако для отрядов УПА (б) для чот (взводов) и сотен (рот) не требовались майоры, полковники и генералы, достаточно было и лейтенантов. А ведь известно: чем меньше чин, тем моложе офицер. Для примера: из 22 бывших офицеров украинского батальона «Роланд»[33] — 13 офицеров вступило в УПА (б) и 9 офицеров вступили в дивизию СС «Галиция»[34]. Также стоит сказать, что уже с весны 1943 г. были организованы подстаршинские курсы УПА (то есть курсы для обучения унтер-офицеров, по немецкой терминологии, или сержантов, по советской терминологии). Первый выпуск (2 июня 1943 г.) дал 59 подстаршин[35]. К лету 1943 г. в Галиции существовало три учебных батальона («Чорни Чорти», «Гайдамаки», батальон имени Кривоноса), где обучали только подстаршин УПА (б). Для подготовки командиров рот существовали школы «Дружинники» (август — ноябрь 1943 г.), «Лисови чорти» (октябрь 1943 г. — январь 1944 г.), «Олени» (март 1944 г. — ?). Через эти школы прошло 600—700 кандидатов на посты командиров рот[36]. Так что с командными ресурсами в УПА (б) дело обстояло нормально (и лучше, чем в дивизии, о чем речь пойдет позже).