Я решил сгладить его недовольство, больше по привычке, чем с какой-нибудь целью.

- О, конечно. Пожалуйста, воспринимайте меня просто как вспомогательную силу. Мистер Теллер уговорил меня поехать, потому что он, к несчастью, сломал ногу и пролежит в больнице несколько недель. Он поддался порыву и послал меня как друга… вроде как представлять его. Только посмотреть, не могу ли я что-нибудь сделать. Нет и малейшего намека на его недовольство вашей фирмой. - Я вежливо помолчал. - Если он кого и критикует, так это полицию.

Улыбка Пола М. Зейссена стала на сотую долю градуса теплее, но он не поднялся бы до столь высокого ранга в своей профессии, если бы не отметал половину сказанного как заведомую ложь. Мне это вполне подходило. Половина того, что я сказал, было правдой. Или, вернее, полуправдой.

- Мистер Теллер, разумеется, понимает, что мы сами заинтересованы в поисках лошади? - продолжал он.

- Разумеется, - согласился я. - Мистер Теллер также очень надеется на успех ваших поисков, потому что лошадь незаменима. Безусловно, он предпочел бы возвращение жеребца любой страховой премии.

- Полуторамиллионной премии, - благоговейно сказал Зейссен.

- Живой он стоит больше, - заметил я.

Чиновник впервые взглянул на меня с любопытством. Проглотив оскорбленную гордость за престиж фирмы, он понял, что они ничего не теряют, позволив мне подключиться к поискам.

- Дело Крисэйлиса поручено одному из наших лучших сотрудников, Уолту Пренселе, - объяснил Зейссен. - Он представит вам всю картину. Я послал ему распоряжение с копией телеграммы, так что он знает о вашем приезде. - Зейссен нажал кнопку на внутреннем телефоне. - Уолт? Мистер Хоукинс из Англии уже здесь. Могу ли я предложить ему сейчас подняться к вам?

Вежливый вопрос, как это часто бывает в американском деловом мире, был равносилен приказу. Естественно, ответ оказался утвердительным. Зейссен снова нажал кнопку и встал.