Моя история была настолько похожей на его, что могла быть рассказана в двух предложениях. Я доплыл до острова, и два человека на лодке помогли мне добраться до Осло.

Арне долго рылся среди бумаг, в беспорядке наваленных в шкафу, и наконец с торжествующим видом вытащил карту. Разложил ее на столе и показал на самую широкую часть фьорда, где катер раздавил нашу маленькую лодку.

- Худшее из всех возможных мест! - воскликнула Кари. - Почему вы так далеко забрались?

- Ты же знаешь меня. - Арне свернул и спрятал карту. - Люблю движение.

- Ты хочешь сказать, что не любишь, когда за тобой следят. - Кари снисходительно улыбнулась.

Арне воспринял ее слова с озадаченным видом, но мания преследования так и выпирала из него, будто Гулливер из толпы лилипутов.

- В полиции меня спрашивали, не заметил ли я название катера, - сказал я.

- Ты заметил? - удивился Арне.

- Нет, - я покачал головой. - А ты?

Арне начал моргать, как обычно, когда простейший вопрос вызывал безумную паузу и будто отправлял его на дно фьорда за консультацией. Наконец он нашел ответ:

- Я тоже не заметил.

- По-моему, на катере вообще не было названия, - решил я.

Они оба с удивлением взглянули на меня.

- Там должно быть название, - возразила Кари.

- Нда-а? У меня такое впечатление, что не было. Ни названия, ни регистрационного номера, ни порта приписки. Вероятно, у вас в Норвегии это и не требуется.

- Нет, почему же? - Кари явно недоумевала. - У нас все это тоже есть.

Арне ненадолго задумался, но не моргал, потом пояснил:

- Катер шел слишком быстро и прямо на нас. Конечно, на нем было название, мы просто не успели разглядеть. - Он словно бы поставил точку, дескать, тема исчерпана и больше не представляет интереса. Я кивнул в знак согласия, хотя остался абсолютно убежден, что на черном корпусе, кроме черной краски, никаких знаков не было. Неужели в этой части Северного моря такое раздолье контрабандистам, подумал я, но вслух сказал: