Он пропустил мои слова мимо ушей.

- У мистера Стюарта дела идут нормально? В наши дни многие предприниматели средней руки становятся банкротами…

- Наверное, вы правы, - согласился я.

- И из-за затруднений с наличными.

- Боюсь, что не смогу быть вам полезным. Вам придется проверить бухгалтерию.

- Мы так и сделаем, сэр.

- И если даже окажется, что фирма близка к банкротству, это еще не значит, что Дональд инсценировал ограбление.

- Такое уже бывало, - сухо сказал инспектор.

- Если бы ему были нужны наличные, он мог бы просто все продать, - заметил я.

- Возможно, он так и сделал.

У меня перехватило дыхание, и я ничего не ответил. - Что же касается вина… то, как вы сами заметили, чтобы вынести его из дома, потребовалось бы много времени.

- Это фирма с ограниченной ответственностью, и ее банкротство не затронуло бы ни его дома, ни личного капитала.

- А вы кое-что смыслите. Разве не так?

- Жизнь учит, - уклонился я от ответа.

- Я думал, что художники далеки от мирских дел.

- Некоторые и в самом деле далеки.

Он поглядывал на меня узенькими щелками глаз, словно прикидывал, какое участие я мог принимать в инсценировании кражи.

- Мой кузен, Дональд Стюарт, благородный человек, - тихо произнес я.

- Этот эпитет вышел из употребления.

- И все же осталось немало таких людей.

Он недоверчиво поглядел на меня. Всю свою трудовую жизнь он изо дня в день сталкивался с воровством и обманом. Благородством в мире преступников не пахло.

Дональд нерешительно спустился по лестнице, и Фрост незамедлительно забрал его в кухню, чтобы еще раз потолковать один на один. Я подумал, что если вопросы Фроста окажутся такими же въедливыми, как и обращенные ко мне, то бедняге Дону придется туго. Пока они разговаривали, я от нечего делать бродил по дому, заглядывая в ящики шкафов и открывая буфеты, стараясь себе представить жизнь моего кузена.