Лошадь, обошедшую других на шесть корпусов, тренировал Джордж Каспар. Он собственной персоной появился в баре, пока Бобби задумчиво разглядывал два дюйма пены на дне бутылки. За ним следовал представительный мужчина в пальто верблюжьего цвета По его виду нетрудно было догадаться, что это счастливый владелец победившей лошади. Он самодовольно улыбался, с важным видом размахивая руками, и поглядывал по сторонам.

- Допивай бутылку, Бобби, - сказал я.

- А ты не хочешь немного напоследок?

- Она твоя.

Он не возражал. Выпил, закусил и со вкусом рыгнул.

- А сейчас я пойду, - произнес он. - Попробую написать об этих жеребятках в третьем заезде. Надеюсь, ты не проговоришься моему редактору, что я смотрел второй заезд в баре, а не то он меня сразу выгонит.

На самом деле этого Боб совершенно не боялся. Он наблюдал из бара за многими скачками.

- До встречи, Сид. Спасибо за угощение. Он повернулся, кивнул и решительным шагом двинулся к выходу. По нему никак нельзя было сказать, что за полчаса он осушил чуть ли не целую бутылку. Несомненно, он умел вести себя да к тому же отличался завидным здоровьем. В общем, у него были просто феноменальные способности.

Я сунул журнал в карман пиджака и медленно побрел к выходу, размышляя о том, что мне наговорил Боб. Проходя мимо Джорджа Каспара, я сказал: «Чисто сработано», то есть отделался привычным в подобных случаях вежливым замечанием.

Он небрежно кивнул мне. На этом наше общение закончилось, и я направился к двери.

- Сид, - окликнул он меня.

Я обернулся.

- Я хочу познакомить тебя с Тревором Динсгейтом, - произнес он.

Я пожал руку новому знакомому, обратив внимание на его снежно-белые манжеты, золотые запонки, бледную, гладкую кожу, аккуратные ногти и золотое кольцо-печатку с ониксом на мизинце.

- Это ваша лошадь победила? - поинтересовался я. - Примите мои поздравления.

- Вы знаете, кто я такой?