Она слегка сдвинула брови, словно задумавшись. Затем, с трудом выговаривая слова, сказала:

- Они спрашивали только: “Где сейф”.

- Полагаю, вы знаете, - сказал я полицейскому, - что этот дом и вчера грабили?

- Да, сэр. Я сам тут вчера был. - Он несколько мгновений оценивающе смотрел на меня, затем снова повернулся к матери Стива: - Эти двое юнцов в масках говорили что-нибудь о том, что были тут вчера? Попытайтесь припомнить, миссис Миллес.

- Я… не думаю.

- Не торопитесь, - сказал он. - Попытайтесь вспомнить.

Она довольно долго молчала, по щекам ее скатились еще две слезинки. “Бедная женщина, - подумал я. - Столько страданий, столько горя, столько оскорблений… И сколько мужества”.

Наконец она сказала:

- Они были… как быки. Они орали. Они были грубы. Они… толкали меня. Толкали. Я открыла переднюю дверь. Они ворвались. Впихнули… меня. Начали… все ломать… Устроили этот разгром… Кричали… “Где сейф. Говори, где сейф”… Били меня. - Она помолчала. - Не думаю… чтобы они что-то говорили… про вчера…

- Убью, - прохрипел Стив.

- Третий раз, - прошептала его мать.

- Что, миссис Миллес? - спросил полицейский.

- Третий раз ограбили. Уже было… два года назад.

- Вы не можете заставлять ее вот так лежать, - прорычал Стив. - Задавать все эти вопросы… Вы вызвали врача?

- Все в порядке, Стив, дорогой, - сказала соседка, подавшись вперед, словно хотела утешить его. - Я позвонила доктору Уильямсу. Он сказал, что сейчас же приедет. - Вид у нее был заботливый и обеспокоенный, но тем не менее она получала удовольствие от всего этого зрелища, и я представлял себе, как она будет рассказывать об этом всем соседям. - Я тут была раньше, помогала твоей матери, Стив, - затараторила она, - но, конечно, я ходила домой - соседняя дверь, ты же знаешь, дорогой, - чтобы приготовить чай для моей семьи, и тут я услышала крики.