- «Лэ»… чего?

- «Лэфройга». Один приятель говорил, что пил его тут. Очень хвалил. Сказал, что если я хочу попробовать настоящее солодовое виски, то надо брать только его.

Бармен обозрел строй бутылок и покачал головой.

- Может, в ресторане подают? - спросил я. - Кажется, он говорил, что пил его после обеда. Может, там у вас развозят напитки на тележках?… - Как бы невзначай я извлек бумажник и приоткрыл его, показывая толстую пачку купюр. Жест не укрылся от внимания бармена, и он отправился на задание и вскоре вернулся с бутылкой «Лэфройга». И нагло заломил за крошечную порцию совершенно несусветную сумму, которую я тут же выложил без всяких возражений да еще накинул ему на чай.

Затем, взяв стаканчик, присоединился к Риджеру.

- Ну, что дальше? - осведомился я. - Помолясь, приступим?

- Пробуйте, - коротко и строго распорядился он.

Но я сперва понюхал и уже только потом попробовал. Риджер нетерпеливо подался вперед.

- Ну что? - спросил он.

- Это не «Лэфройг».

- Вы уверены?

- Абсолютно. «Лэфройг» - самый «дымный» из всех сортов виски. Чистое солодовое. В этом солодом и не пахнет. То же виски, что я пил до этого.

- Огромное вам спасибо, мистер Бич, - с чувством произнес он. - Это было потрясающе.

Он поднялся, подошел к бару и сказал, что хочет взглянуть на бутылку, из которой пил его приятель. Бармен услужливо подтолкнул к нему бутылку, Риджер перехватил ее и одновременно другой рукой вынул из внутреннего кармана удостоверение. Лицо бармена исказилось от гнева, он возмущенно заверещал что-то.

Оказалось, в кармане Риджера имелось не только удостоверение, но и радиотелефон. Он переговорил, видимо, с начальством, в ответ ему прокрякали какие-то распоряжения, после чего Риджер заявил бармену, что полиция накладывает запрет на торговлю спиртным в «Серебряном танце луны», по крайней мере, на весь сегодняшний день - до тех пор, пока все имеющиеся тут запасы спиртного не пройдут специальную проверку.