Фриц улыбнулся и покачал головой:

- С носом в нашем доме никто никогда не останется, - решительно возразил он. - Тем более ты и мистер Вулф.

Он достал из холодильника пластмассовую коробку, поставил ее на стол и открыл крышку.

- Мерзавец, икра алозы была на ланч, - заорал я. - Ты и на обед готовишь отраву?

- Мой дорогой Арчи, - начал Фриц, превосходивший меня только в приготовлении пищи, - то было обычное соте с самой обычной подливкой из чеснока и кервеля. Теперь будет en casserole* с маслом из анчоуса, которое я приготовил собственноручно. Тонкие пластинки сала будут порублены, дружок, вместе с пятью травами. В сметану, в которой все будет тушиться, я добавлю три других травы и выну их только перед тем, как подать блюдо на стол. Сезон алозы очень короток, так что мистер Вулф согласен иметь ее у себя на столе три раза и день. Можешь сходить к Элу на Десятую авеню и отведать несъедобной дряни - окорока на ржаном хлебе с тушеной капустой.

* В кастрюле (франц.).

При этих словах Фрица передернуло.

Между нами вспыхнул спор, однако я не стал подвергать себя риску быть выставленным к Элу и его окороку. Мы все еще продолжали спорить, когда я услышал, что Вулф спускается на лифте из своей оранжереи, и тут же безболезненно для нас обоих вышел из игры, оставив Фрица наедине с его травами.

Вулф стоял возле полок с книгами, рассматривая глобус, который был пузатее, чем он. Вероятно, хотел убедиться в том, что Омаха, штат Неброска, находится там же, где находилась всегда. Убедившись, что так оно и есть, он направился к своему столу, обошел вокруг него и опустил свою колоссальную тушу в сделанное по специальному заказу кресло.

Он вытянул шею, чтобы целиком окинуть взором ковер, закрывающий всю середину комнаты.