Отец начал свою избирательную кампанию от самого Брайтона. Я сидел рядом с ним на переднем сиденье, и он не переставая меня инструктировал: что в новой роли говорить и чего не говорить. Что делать и чего не делать.

- Политикам, - объяснял он, - следует редко говорить всю правду.

- Но…

- И политикам, - продолжал он, - никогда не следует лгать.

- Но ты убеждал меня, что надо всегда говорить правду.

- Для тебя чертовски важно говорить правду мне. - Он чуть улыбнулся моей простоте. - Но люди, как правило, верят лишь тому, чему хотят верить.

А если ты скажешь им что-то еще, они назовут тебя нарушителем порядка и быстренько от тебя избавятся. Они никогда не вернут тебе твое рабочее место, даже если сказанное тобой будет подтверждено временем.

- По-моему, я это уже понял, - медленно проговорил я.

- С другой стороны, быть пойманным на лжи - политическая смерть. Я никогда этого не допускаю.

- А что ты ответишь, если тебе зададут прямой вопрос, а ты не можешь открыть правду и не можешь солгать?

- Можно сказать «как интересно» и переменить тему разговора.

Он вел «рейнджровер» на большой скорости и осторожно, так же он и жил всю жизнь.

- В течение нескольких следующих недель, - продолжал он, - люди будут тебя спрашивать, что я думаю о том или об этом. Всегда отвечай, что ты не знаешь и что им лучше обратиться ко мне. Никогда и никому не повторяй того, что я сказал. Даже если это было заявлено публично.

- Как захочешь.

- Запомни, выборы - это конкурс. У меня есть политические враги. Не каждое улыбающееся лицо - друг.