- Бери так, - предложил Герман, продолжая ничему не удивляться.

Он всегда был добр и щедр к друзьям.

- Нет, - решительно возразил Руслан. - Талант должен быть оплачен.

Руслан выложил на большой пень десять сотенных бумажек и придавил их бутылкой виски "Джонни Уокер".

Доллар в этот день на московской межбанковской бирже стоил 84 копейки совсем как в старые недобрые времена. Впрочем, в январе 1999 года, когда рубль утяжелили в сто тысяч раз1, бакс был еще дешевле - всего 66 копеек. Инфляция, черт бы ее побрал.

- Фальшивые? - поинтересовался Герман, оглядывая деньги и виски издали.

- Абижаеш, дарагой, - ответил Руслан с грузинским акцентом.

Потом он обошел вокруг "Бесстыжей прохожей" и констатировал:

- В "Мерседес" она не влезет.

- Вы ограбили банк, - сказал Герман уже без вопросительного знака в конце. Перед этим он выпил глоток "Джонни Уокера" из пробки и посмотрел сквозь сотенку на свет.

- Грузовик, - сказал Руслан. - Нам нужен грузовик.

- Лучше броневик, - предложил Герман. - В броневике деньги сохраннее будут. Сейчас есть такие "КАМАЗы" с бронированным кузовом.

Но Руслан не захотел "КАМАЗ" с бронированным кузовом и вызвал обыкновенный фургон для перевозки мебели. А пока фургон ехал, американка охреневала, разглядывая мебель скульптора Германа Колесникова. Груз впечатлений явно превышал возможности ее разума.

Потом пили виски без содовой и без льда. В качестве сосуда Герман использовал пивную кружку с обгрызенными краями и откушенной ручкой. Она видела, как пьют русские в Америке, но все-таки там они уже не совсем русские. Потому что сорок дринков по рецепту Михаила Задорнова - это не совсем то же самое, что одна пивная кружка виски, пусть даже и не полная. Зато залпом.

- Неужели все русские пьют виски таким образом? - задала она наивный вопрос, когда содержимое кружки исчезло в недрах организма непризнанного гения изобразительного искусства.