— Как вы смотрите на то, чтобы поесть омаров? Завтра вечером? — предложил он, когда она принесла заказ.

После мгновенной легкой нерешительности она взглянула на него без удивления, однако с каким-то задумчивым видом.

— Ведь завтра у вас выходной, правда? И вы сами говорили, что любите омаров.

Внезапно она улыбнулась.

— Я их обожаю!

— Я зайду за вами около восьми.

Какую-то долю секунды она ещё продолжала колебаться, но потом пожала плечами. При этом пышные округлости, скрывавшиеся под белой атласной блузкой, восхитительно дрогнули, доставив ему невыразимое удовольствие.

— Я согласна. А почему бы и нет?

Он бросил на неё насмешливый взгляд:

— Вот такой энтузиазм я одобряю.

Она рассмеялась, легко и тепло. И уже собиралась сказать ещё что-то, когда глянула поверх плеча Джонни и запнулась.

Морини покосился на зеркало за стойкой бара. Мужчина, появившийся у него за спиной, как раз присел рядом. Он был в ширину разве чуть меньше, чем в высоту; местами немножко жирноват, однако мускулист. Сломанная челюсть выдавала бывшего боксера, а невозмутимый и флегматичный взгляд — человека, который прекрасно отдает себе отчет, какой страх наводит его появление.

— Привет, Джонни. Как дела?

Морини взглянул на него, но ничего не ответил.

— Я — Джо Сатро, — представился мужчина.

— Я знаю.

— Я работаю на Лу Фаву.

— И это я тоже знаю.

Еще Джонни знал, что Лу Фава — шеф самой безжалостной банды в семействе Макса Виджиланте, и что Джо Сатро — его главный головорез.

— Ты много знаешь... Многовато для чужака, — Сатро улыбнулся, чтобы смягчить угрозу, звучавшую в его словах. — Позволишь выставить тебе стаканчик?

— От таких предложений я никогда не отказываюсь.

— Вот и отлично. Смотри-ка, в глубине есть свободный кабинет...

И Сатро повернулся к бару: