Сатро жадно проглотил половину своего пива и вновь посмотрел на Джонни:
— Ладно, возможно, придется поговорить с Тичем, прежде чем я решу, как быть дальше.
— А я тебе скажу, что это недурная мысль. Мошенничать в игре — испортить репутацию.
— Вне всякого сомнения, — спокойно согласился Сатро. — Если это правда... Ладно, на эту тему мы ещё поговорим...
— Ты знаешь, где меня найти.
— Отлично.
Сатро быстро допил остаток пива и поднялся. Джонни видел, как он остановился возле бара, велел Лауре записать выпитое на его счет и неторопливо удалился.
Сатро далеко не ушел. На углу он свернул направо. В самом конце переулка находилась дверь, запертая на ключ. Сатро надавил кнопку звонка. Прошло секунд двадцать, пока маленькое окошко в двери приоткрылась.
Затем открылась сама дверь. Открыл её сын Гэса Фогеля, Сэнди, — пухленький парень лет тридцати, старавшийся косить под хиппи. Маленькая рыжая бородка выглядела ещё смешнее, чем морковного цвета растрепанная шевелюра на розовеющем черепе.
— Мне нужно позвонить, — сказал Сатро.
— Ну, конечно. Входи.
Сэнди Фогелю ничего больше говорить было не нужно. Оставив дверь открытой, он протиснулся мимо Сатро и вышел на улицу.
Сатро вошел, запер за собой дверь и поднялся по лестнице в ещё пустой в этот час потайной притон. Обойдя стойку бара, он вошел в маленькую контору, взял телефонную трубку и набрал номер в Сан-Франциско.
На другом конце линии ответил хриплый голос.
— Гарри? Это Джо Сатро... Нет, я из Филадельфии. Мне нужно навести кое-какие справки. У нас здесь несколько недель назад объявился один тип... Да нет, похоже, профессионал. И одиночка. Но только мне он кажется немножко слишком заковыристым и самоуверенным для такой мелкой рыбешки. Он утверждает, что приехал из ваших мест. Узнай про него все, что можешь, ладно? Он называет себя Джонни Марч, однако говорит, что настоящее его имя — Эдди Марчелло. Оно тебе ничего не говорит?.. Ладно, именно потому я и звоню тебе. Если он водит нас за нос, его песенка спета. Пораспроси и попытайся что-нибудь пронюхать... Ну, разумеется, к завтрашнему вечеру это будет просто замечательно.