Я повстречал мальчишку в день похищения. Было ясное ветреное утро. С моря задувал свежий бриз, и белые кубические дома сверкали под чистым голубым небом. На работу я брел через силу.

Бронзового цвета спортивный автомобиль с иностранными обводами кузова был припаркован у тротуара перед зданием Окружного Аннексионного суда. Я поставил свою машину на обычное место, в нескольких ярдах дальше. Насколько мне было известно, в городе существовал единственный бронзовый «ягуар». Принадлежал он Эйбелю Джонсону. И потому я ничуть не удивился, увидев, как Фред Майнер, шофер Джонсона, вышел из моего офиса на втором этаже и начал спускаться по лестнице.

Дойдя до тротуара, Фред — коренастый мужчина, чуть за тридцать, шагавший вразвалку, — повернулся и пошел в моем направлении. На рукаве выгоревшей почти добела морской формы, которую он таскал не снимая, виднелись более темные пятна в тех местах, где когда-то находились нашивки. Единственной уступкой его теперешнему гражданскому занятию была черная шоферская фуражка, надвинутая на самые глаза. Он прошел мимо, не заметив меня, думая о чем-то своем.

Со стороны спортивной машины послышался вопль, а затем произошло какое-то движение. Маленький мальчик с ярко-рыжими волосами перевалился через низкую дверцу и ринулся прямо под ноги Фреду. Лицо мужчины сразу же просветлело, и он радостно засмеялся. Подхватив мальчика под мышки, Майнер подкинул его так, что ребенок перевернулся в воздухе, шлепнулся ему на руки и вновь соскочил на тротуар.

— А ну-ка, рулевой, сбавить обороты! Сейчас не до игр. Слушать внимательно!

— О'кей, Фред, — чирикнул малыш. — То есть я хотел сказать: айе, айе, сэр. — Он сдвинул ступни и вытянулся во фронт.

— А теперь сотри-ка улыбочку с физиономии, а не то разжалую тебя в матросы и лишу привилегий на пятнадцать лет!