– Что это значит?

– Это значит, что мы возвращаемся. Быстро! Марш вперед!

– Если ты решил меня убить по дороге, то лучше сделай это здесь, на месте.

– Иди без разговоров…

Женщина шла не торопясь, изредка оглядываясь. В ее глазах стояли страх и недоумение.

Они прошли коридор, потом банкетный зал… Когда оказались за дверями, Элькен остановилась.

– Вы, абверовцы, любите стрелять своей жертве в спину, не так ли? – сказала она со злой усмешкой.

«А если она американка? – подумал Клос. – Воюем против общего врага, однако же…»

– Не задерживайся! – буркнул он.

– Остановись, не делай глупостей.

– Иди вперед и не разговаривай! – прикрикнул Клос. Вышли во двор замка. Под ногами назойливо шуршал гравий. И когда они оказались на центральной аллее, Элькен неожиданно бросилась бежать, прячась за деревьями. Если бы Клос хотел, он без труда подстрелил бы ее. Но он как раз ожидал этого, предполагал, что она попытается скрыться.

Клос спокойно спрятал пистолет в карман и прибавил шагу. Необходимо дать Элькен время и проследить, что она будет делать дальше.

Если бы Клос мог предвидеть ее последующие действия, он не был бы так спокоен…

5

Приближение фронта чувствовалось все сильнее. Шли жестокие бои с немецкими танковыми частями, стремившимися прорваться на южном участке фронта.

Подходя к дому Ринга, Клос отчетливо слышал автоматные очереди, разрывы мин и снарядов. Где-то за темным массивом леса грохотала тяжелая артиллерия. Желтый столб огня поднялся высоко в небо. Положение на фронте могло осложниться в любой момент, но он не хотел допускать и мысли, что немцам удастся пробиться на юг.

Окно в его комнате было полуоткрыто, в доме стояла тишина, но Клос не верил этой тишине. Не спят. Ожидают. Надеются еще раз увидеть в своем городке солдат вермахта. Он подумал о женщине, раненной в замке Эдельсберг, о которой говорила Инга.