Знаете, такие огромные, но с маленькими полями. Такую одно время носила Алла Борисовна. Такая же была на голове моей новой знакомой Анечки. Ничего более оригинального я не заметил. Но судя по тому, что проходящие мимо мужики крутили головами, рискуя свернуть шею, говорило о том, что мне они завидуют. И честно говоря, было чему. Анечку не портил даже «велюровый кошмар». Мы шли по Марата в сторону ближайшей забегаловки, где можно было спокойно заняться делом. Идея, между прочим, моя. Насчет забегаловки. Не стоять же под мокрым снегом и не размахивать крыльями на весь Невский, обсуждая информацию.

Наконец нам повезло. В одном из подвальчиков мы обнаружили достойные апартаменты с надписью «Бистро» и предупреждением «У нас не курят». Я бы на месте хозяев дополнил список: «Не пьют, не колются, не целуются, не едят, не сидят, и вообще зачем вы сюда пришли?»

Однако шутки в сторону, дайте кофе. Анечка начала без подготовки. Обидно. Лучше б с подготовкой.

– Смотрите. – Она протянула мне комок бумаги с дырками по краям.

– Что это?

– Распечатка с компьютера. Витя часто с компьютером работал. Я сегодня его записи прогоняла, ну и наткнулась. Это свежие записи. Вероятно, Витя не успел распечатать. Мы все время на компьютере печатаем, это удобнее машинки. Взгляните.

Я развернул бумагу. Текст был на русском языке. Я отхлебнул кофе и погрузился в чтение, стараясь не обращать внимания на «Европу-плюс» и на Анины реплики типа: «Это вам, возможно, поможет». Честно говоря, в душе я рассчитывал на кое-что другое. Что понравился я Анне до любви и что мучилась она без меня, жить не могла. Ан нет, просчитался. Однако что тут у нас по существу?

«Написано собственноручно на случай каких-либо происшествий лично со мной или с моими близкими». Хорошее заглавие. Прямо завещание.

«Опасаясь за свою жизнь, я излагаю суть конфликта, происходящего в настоящее время и могущего иметь очень неприятные последствия.