– Я… я тебя не узнал, Пол. С бородой ты совсем другой человек.

– Старина Билл, с ума сойти. Я видел, как ты вылезал из машины. Что, вас до сих пор заставляют брать напрокат дешевенькие «шевроле»? Как жизнь? – Он взял руку Билла и пожал ее. – Хорошо выглядишь.

– Не криви душой, Пол. Я выгляжу как старик, да я и есть старик. Да и у тебя самого седина пробивается.

– Это все детки. У меня под началом сотня. Это из-за них я состарился раньше времени.

Он рассмеялся и хлопнул Билла по спине.

– Пол, нам пришлось попотеть, чтобы тебя найти.

– Еще бы. Так и было задумано.

– Ну ладно. Тут всплыло одно старое дельце. Есть минутка?

Чарди взглянул на часы. «Ролекс» с большим циферблатом. Он до сих пор их носил. В отделе спецопераций у всех были такие.

– У меня сейчас самая запарка. В этих заведениях дерут три шкуры. Я примерно в пять освобождаюсь. Твое дело может подождать?

– Ну-у…

Ждать было нельзя. Возьми его в оборот, наставляли Спейта. Не дай ему возможности все обдумать, растравить свои обиды. Бери быка за рога.

"Я знаю, – с горечью ответил тогда Билл. – Я тоже в этой игре не новичок, вы не забыли?"

И мысленно добавил: "Ублюдки".

– В общем, – начал Спейт, чувствуя, что его обошли на первом же ходу, – дело в том, что…

Но Чарди уже сорвался с места – былого проворства он не утратил – и с криком "Э, э, Махони, Махони!" бросился к двум вопящим, размахивающим кулаками мальчишкам и растащил их в разные стороны. Он с силой тряхнул того, что побольше, и серьезным, суровым голосом начал ему выговаривать. Спейту представилось, как Чарди разговаривает в таком тоне с ним.