- Ну что, негодяи, признавайтесь, опять не подготовились к семинару? И, воздев палец, торжественно добавит: - Хоминэс нихиль агэндо дискунт мале агре! (Ничего не делая, люди научаются делать дурное). Хорошенько это запомните, вы - банда потенциальных преступников.

Он говорил:

- Надо ставить перед собой предельные рубежи. Аут цезар, аут нихиль! (Или Цезарем, или никем). Аут виам инвэниам, аут фациам (Или найду дорогу, или проложу ее сам).

Только благодаря Афанасию Валентиновичу мы полюбили латынь почти как прелестную девушку и теперь можем морочить голову главным редакторам и прочим недоумкам.

После окончания университета я почти год трудился в прокуратуре, а Роман сразу двинул в журналистику, считая, что для толковых парней там открываются более широкие возможности. А затем и меня перетащил в свою газету.

Посмотрел на часы. Уже четыре. Помчался домой. Надо было хоть немного отдохнуть и подготовиться к юбилею. Марина, как обычно, отсутствовала. Кризис супружеских отношений стал настолько очевиден, что нашу семейную ладью уже ничего не сможет спасти, она обречена и вот-вот пойдет ко дну. Вопрос лишь в том, кто из нас первым возьмет на себя моральную ответственность и предложит разбежаться. Марина все чаще стала "задерживаться на работе", приходить за полночь, а то и вообще "ночевать у подруги". А мне плевать. Де-факто разрыв наш налицо. Осталось оформить его де-юре. Наш союз могло еще как-то скрепить, а вернее, продлить его агонию намечавшееся было рождение ребенка. Но у Марины на пятом месяце случился выкидыш. Что ж, наверное, это к лучшему.

Принял душ, тщательно побрился, погладил свой парадно-выходной костюм и отправился на банкет.

На улице было жарко и душно. Уставшее за день огромное светило клонилось ко сну. Шустро бегали по своим срочным делам машины. По тротуарам брели вялые, хмурые и озабоченные люди. Все как обычно.