– Да, – пискнула я.

– Вы проживаете в этой квартире?

– Да. А что?

– Одна проживаете?

– Да. А…

– Вот постановление на обыск в вашей квартире. Ознакомьтесь.

Он протянул мне ордер на обыск и, не дожидаясь, пока я с ним ознакомлюсь, обернулся к стоящим на лестничной площадке мужчинам:

– Граждане понятые, пройдемте. И вы, товарищ участковый. Действуйте.

Я невольно попятилась в прихожую и даже попыталась захлопнуть перед ними дверь, потому что испугалась по-настоящему. Но высокий придержал ее рукой и сказал:

– Спокойнее.

Он был ненамного меня выше, зато намного сильнее. Они вошли и оттеснили меня в комнату. Там я в полном бессилии опустилась на диван.

– Ведется оперативная съемка, – предупредили меня.

Один из мужчин, ворвавшихся в мою квартиру, был с видеокамерой. Еще двоих я узнала: мой сосед по лестничной клетке, дверь напротив, тоже однокомнатная квартира. Переехал сюда недавно, знакомы мы не были, но здоровались. Зато второй понятой – дядя Вася. Знает меня с детства. Невольно я залилась краской. Какой позор!

– Начинайте, – скомандовал старший. Потом посмотрел на меня: – Оружие, наркотики имеются? Советуем выдать добровольно.

– Вы смеетесь надо мной?

– Диана Сергеевна, вы не понимаете всей серьезности вашего положения.

– Не понимаю, – покачала головой я. – В чем меня обвиняют? Почему обыск?

– Сегодня ночью произошло убийство. Добровольное признание облегчает участь.

– Я вас не понимаю.

Я и в самом деле не понимала, что происходит. Почему мужчины роются в моем платяном шкафу и трогают мои вещи, а потом их вынимают? Стопки накрахмаленного постельного белья были аккуратно выложены из шкафа участковым. Именно под ними оказались предметы, мне доселе незнакомые. Во-первых, это было портмоне. Кожаное, «под крокодила». Во-вторых, ключи от машины. Потому что на кольце болтался брелок, а на нем уже знакомая мне эмблема: «Фольксваген».