Он легко подтянулся на руках и забросил на провод правую ногу. Инцидент можно было считать исчерпанным, и только теперь Юрий почувствовал, что испугался. Он поднял голову, ожидая увидеть в нескольких сантиметрах от своего лица чью-нибудь протянутую руку, но вместо этого увидел Барабана, который заносил над головой какую-то смутно знакомую продолговатую железяку с выкрашенной в тревожный красный цвет облупленной увесистой головкой. "Арматурные ножницы! - понял Юрий. - Так вот в чем дело! А я-то, дурак, грешил на тросик. А еще я, помнится, думал, что они подождут хотя бы до вечера. Да нет, они, конечно, правы: вечером это было бы убийство в пьяной драке, а сейчас - типичный несчастный случай... Ай да Барабан!"

- Сдохни, гнида! - чересчур театрально воскликнул Барабан и обрушил ножницы вниз, целясь Филатову в голову.

Юрий увернулся - как выяснилось, излишне резко. Его нога соскользнула с провода, а в следующее мгновение тяжелая угловатая железяка обрушилась на правую кисть. Удар пришелся вскользь, и вместо того чтобы раздробить кости, ножницы только содрали с ладони лоскут кожи, но рука сразу онемела и сорвалась С провода. Юрий повис на левой руке, с предельной ясностью понимая, что во второй раз Барабан не промахнется. С чего ему промахиваться, выпить-то он не успел... Да и бить, пожалуй, не обязательно: это ведь не кувалда у него, а ножницы. Такими сантиметровый стальной прут перекусить - раз плюнуть, что уж говорить о руке...

"Высоко, черт возьми, - подумал Юрий, бросив быстрый взгляд вниз. Слишком высоко, маловато шансов". Правая рука все еще висела плетью, левая начала стремительно затекать - держаться за провод было чертовски неудобно. "Ничего, - подумал Юрий с неуместным весельем, - не затечет. Просто не успеет".