— Разный народ — как и везде, — отозвался я. — Значит, следов взлома не обнаружено. Это понятно: профессионал, решивший выкрасть одну и очень ценную монету, будет работать аккуратно. И все же, может быть, есть смысл осмотреть комнату?

Она выставила челюсть, жилы на шее вздулись как канаты:

— Я же сказала вам, мистер Марло, что дублон Брешера взяла моя невестка, миссис Лесли Мердок.

Я уставился на нее, а она — на меня. Взгляд у нее был тяжелый, как кирпичи на дорожке ее сада. Я отвел глаза и сказал:

— Предположим, так оно и есть, но что вы тогда хотите?

— Во-первых, монету. Во-вторых, развод для сына. И платить я ей не собираюсь. Полагаю, вы знаете, как это устроить.

Допила очередную порцию портвейна и грубо рассмеялась.

— Слышал краем уха, — сказал я. — Говорите, ваша невестка не оставила своего нового адреса? И вы понятия не имеете, куда она делась?

— Именно так.

— Бесследно исчезла? Может, ваш сын что-то знает и не говорит вам? Надо будет повидать его.

Грубые черты ее большого серого лица стали еще грубее.

— Мой сын ничего не знает. Не знает даже, что украден дублон. И хорошо, что не знает. Со временем дойдет очередь и до него. А пока оставим его в покое. Он сделает ровно то, что я захочу.

— Он не всегда был таким покладистым.

— Его брак, — с раздражением сказала она, — был результатом минутного увлечения. В дальнейшем он старался вести себя как джентльмен. На этот счет у меня нет сомнений.

— В Калифорнии, миссис Мердок, как известно, не бывает минутных увлечений.

— Молодой человек, вы хотите работать на меня или нет?