Очень хорошо помню этот красочный момент: голубоглазая и румяная Роза с огромными сиреневыми бантами на белокурых мышиных хвостиках. Она сидела на синем в красный горошек горшке и деловито ковыряла в носу. «Я наслала», — честно призналась она, как только я вошла в туалетную комнату.

Нет! У меня нет причин подозревать в неискренности Розу. Она всегда была предельно честна. Даже с Пупсом, что уж совсем не обязательно. Роза врала только один раз — когда утверждала, что похитит у Маруси Ваню. Целомудренная Роза в принципе не могла кого-нибудь соблазнить, даже Пупса. Но и в случае с Ваней Роза лгала только себе самой, остальные-то обмануты не были.

— Думаю, Роза не врет, а заблуждается, — сказала я, выходя из лифта и направляясь к «жигуленку» Маруси. — Картина действительно упала, и дырка в шляпке есть, что касается копья…

— Не копья, а стрелы, — поправила меня Маруся, усаживаясь в машину и начиная терзать зажигание. — Я прямо вся с нее смеюсь. Стрелы-то нет, стрелу-то она так и не показала. Вряд ли Пупсу понадобилась эта стрела, да и шляпка — дело сомнительное. Взяла и проделала дырку сама, а потом все это сочинила. Кстати, и пульки нет. Надо бы расспросить подлую Тамарку, но это уже, старушка, работа твоя. Эх, жаль, сама не могу, но не мириться же с ней из-за этого.

Наконец «жигуленок» дернулся, с ревом сорвался и устремился вперед. Испуганная кошка шарахнулась в кусты, чудом избежав колес. Я вздохнула с облегчением, перевела дух и тут взмолилась, с ужасом увидев мирно беседующих на тротуаре старушек:

— Марусенька, сбавь скорость, пока не передавила всю живность в этом дворе.

— Что тут за скорость? — удивилась Маруся, с презрением глядя на спидометр, показывающий семьдесят километров в час. — Разве это скорость? — спросила она, лихо выруливая прямо на старушек.

Бабульки вскрикнули и разлетелись в стороны, а Маруся (очень довольная собой) продолжила беседу.