1924 — май1941
1924 год ¹
[8/III]
Качаем в Харьков. У Бориса2 издатель гладкий, как огурец, и в ресторане датчане. В [нрзб.], сказывают, статьяобо мне. Денежная реформа [нрзб.] как новые сапоги. <...> В снежных полях лежит лес, словно кит. Снег расчищен, будтостружки — он такой от солнца, а по краям подстриженные деревья почему-то напоминают валенки.
10/VIII.
Волнение в море и неустанно в сердце. Шум волннапоминает бор,только сгущенный. Волны — сгущенное молоко. Экскурсия в Симеиз3.
9/IX.
Женщина в лорнетке и гофрированном платье, на диване,читает Ленина, а потом в разговоре заявляет, что она хочет замуж.
10/IX.
Накануне бросания бомбы. Девушка с жирными еврейскими волосами чинит подле лампы перчатки, в которых онабудет держать бомбу.
8/Х.
Пьянство отложить.
2/XI.
Восьмеро.
8 интеллигентов нанимают одного рабочего,безнадежно больного. Октябрьская рев[олюция] — их освобождают, а его берут.Расстрел комиссии, рабочий кажет фигу.
19
Ноябрь-декабрь.
Митинг курсантов, я в первом строю. Веселыйкомандарм, которомурадуются, что он не может говорить разных слов. Командарма качают. Неожиданновыясняется, что к[омандар]м, я и основные решения Республики не имеют никакого отношения[друг к другу].Цель предельного стремления состоит в появлении напечатанных вещей вреспубликанском строе.
1) Ограниченное количество типов создает малыйобъем литературы,благодаря чему мы садимся на мель.
2) Революционная устремительность тем самымсужается.