— Если она захочет, — пожала плечами Алла.
— А комнату для нее приготовили?
— Не волнуйся ты. — Алла поднялась и похлопала мужа по руке. — Все будет нормально.
— Послушай, я вот еще что хотел спросить… — Глеб замялся. — У меня там было назначено совещание… Ты не могла бы встретить мою дочь в аэропорту? Не посылать же Кумарикина, в самом деле!
Алла подняла брови вверх и, поглядев на мужа, удивленно воскликнула:
— Да ты боишься! — Глеб потемнел лицом. — Вот так открытие! Несгибаемый Стрелецкий струсил. Впрочем, я бы тоже струсила, — тут же добавила она великодушно. — Ладно, если хочешь, я съезжу в аэропорт.
— Ты просто чудо! Я люблю тебя больше всех на свете! — воскликнул Глеб и, направившись в коридор надевать башмаки, стыдливо покраснел от собственных слов.
— Что вы бросили в стакан этому человеку? — прошипел Жеряпко, перевесившись через подлокотник кресла. — Он отправился в туалет и до сих пор не вернулся!
— Ну, догадайтесь, что я бросила в стакан, раз он так надолго ушел в туалет, — пожала плечами Рита.
— Вы же сказали, что у него поднялось давление!
— Ну да. Уверяю вас, оно у него скоро понизится.
— Это что, секрет народной медицины?
— Ай, отстаньте, — отмахнулась Рита. — Кстати, пока его нет, займу-ка я его место и погляжу в иллюминатор.
Она показала Жеряпко меленькие белоснежные зубки и, порхнув юбочкой, пересела на место исчезнувшего соседа. Федор обреченно прикрыл глаза. Нет, ему не справиться с этой девицей, нечего и пытаться.
Почти в ту же самую минуту стрелки часов сошлись на цифре двенадцать, и в проходе появился человек. У него была скучающая походка. Он медленно шел в хвост самолета, скользя глазами по пассажирам. Увидев Риту, прилипшую к иллюминатору, внезапно сбился с шага и так удивился, что маска равнодушия против воли соскользнула с его лица. Он подхватил ее, что называется, на лету и снова водрузил на место. Поравнявшись с Ритой, человек наклонился, одним легким движением бросил ей на колени квадратный конверт и, ускорив шаг, пошел вперед. Взгляд его, однако, все еще оставался прикован к Рите.