— Жалко, что я бросила курить, — женщина переломила сигарету и выбросила ее в окно. — У тебя нет в машине коньяка?

— Только не надо распускаться, — сказал Третий. — Я же вижу, ты распускаешься. Нервы. Не надо. Тэйк ит изи

— А мы — люди?

— Девочка, мы лучше, чем люди.

— Все равно, — упрямо повторила Восьмая и достала новую сигарету из пачки. — Хочу в казино. Или коньяку выпить. Ну, подумаешь, прапорщик. Он же не виноват, что он прапорщик.

— Все виноваты, — сказал Третий. — Одни больше, другие меньше.

Он принялся тщательно, густой штриховкой, зачеркивать строчки в своей записной книжке, приговаривая:

— Этих уже нет, они не проболтаются. Гранцов тоже готов. Остались комендант с полячишкой, их я беру на себя. И эти двое, Поддубнов и Керимов.

Он захлопнул книжку и ободряюще потрепал женщину за коленку.

— Подчистим все кончики, и ни одна собака не найдет эту секретную базу!

* * *

О секретной базе перехвата и пеленгации знали не только те, кто значился в черной записной книжке.

Когда-то на вертолетной площадке Базы высаживались десанты засекреченных специалистов. Они сутки напролет проводили в командном бункере, отслеживая полеты разных крылатых предметов, которые назывались еще «изделиями» или «образцами». Предметы иногда падали сразу после запуска, а иногда улетали довольно далеко. Предметы эти были невидимы для локатора (для того и изобретались), и за ними следили с помощью спутниковой системы радиопеленгаторов. Как только «изделие» заканчивало свой полет и падало где-то в карельской тайге, с Базы поднимался вертолет и отправлялся к месту падения, причем пеленгаторщики всегда безошибочно наводили поисковиков.

После разбора полетов полагался законный отдых, для чего и была срублена банька. Она стояла на обрывистом берегу озера, так что из парилки можно было по желобу скатиться прямо в воду. Чтобы при этом страна случайно не лишилась особо заслуженных специалистов, в озере дежурил спасатель, который помогал им забраться по лесенке обратно в парную.