Его лицо, плечи и грудь были залиты уже спекшейся до черноты кровью. Чалма, тоже испачканная кровью, валялась в стороне. Коротко подстриженные волосы на голове убитого были в пыли. Густо смоченная кровью, она превратилась в грязь. Автомат лежал рядом с телом. Поражала нелепая поза: невероятно длинные, безжизненно вытянутые ноги с одетыми на голые стопы туфлями и тело, прислоненное спиной к дувалу, находились друг к другу под прямым углом. Руки с развернутыми наружу ладонями, повисшие словно плети вдоль тела, только усугубляли нелепость этой позы.

Мы часто “видим” то, что, по нашему мнению, должны видеть, а логику вероятного события никогда не учитываем, - пока жизнь не научит нас. Сомневаешься - проверь, иначе вторая попытка окажется дороже первой.

Не успев повернуться спиной к убитому, Прицел почти в упор получил автоматную очередь.

Собрав последние силы, раненый слабеющей рукой поднял автомат и выстрелил, но промахнулся! Это только кажется, что раз пули твои, значит, и лететь они должны туда, куда ты хочешь. Но так не всегда происходит. Есть пули особые - для конкретной цели. И куда бы ты тогда ни целился - ствол смотрит туда, куда такая пуля хочет.

Прицел стоял к раненому левым боком. Пулемет висел через плечо. Правая рука держала пистолетную ручку ПК, указательный палец - на спусковом крючке. Левая рука, с намотанной на нее лентой, придерживала пулемет за деревянную рукоять на стволе. Первая пуля перебила ремень пулемета, натянутый через правое плечо. Вторая, прошла ниже - между левым боком и левой рукой, удерживающей клюнувший стволом пулемет. Остальные - ушли мимо.

Он так сильно испугался, что выпустил в духа - в упор - длинную очередь. Пули буквально разрывали тело на куски. Оно распухало на глазах, сочась черной, уже мертвой кровью. Перебитые ноги несчастного причудливо переплелись, придавая изуродованному телу еще более вызывающую позу. Лежачих на войне не бьют - их добивают!

Продолжая нелепо водить стволом из стороны в сторону, в исступлении нажимая на спусковой крючок, Прицел еще не понимал, что пулемет больше не стреляет. Медленно раскачиваясь, лента кокетливо касалась его мошонки. Прицел четко ощущал чье-то постороннее присутствие. Легко удерживая своей рукой ленту и не давая пулемету больше стрелять, кто-то посторонний наблюдал, как с каждым прикосновением пустой ленты тело Прицела наполняется обжигающим холодом.



15 из 36