Кристен снова пообещал Сандре помощь, но не знал, что делать дальше. Не исключено, что Нино просто загулял и Сандра найдет его, вернувшись домой.

В этом он ошибался: Сандра больше никогда не видела своего сына живым. Поздно вечером поступил сигнал SOS с аварийного телефона, приведенного в действие случайными туристами между пикетами 230 и 231. Те нашли тело какого-то местного жителя, юноши лет восемнадцати — двадцати, без признаков жизни.

Через час Кристен мог констатировать, что найдено тело Нино Секки. Оно было сильно разбито о камни, но Кристену не понадобилось прибегать к помощи доктора Бисса, чтобы понять, что рана в области сердца была нанесена стилетом — тонким и острым кинжалом, точно таким же, какой пронзил и сердце Элмера Ханта.

Можно было подумать, что у комиссара Кристена взыграет кровь ввиду перспективы заняться самым громким делом в его карьере. Но он, напротив, в отчаянии ломал руки, горюя над судьбой преступников, губящих свою душу. Правда, кое-какие обстоятельства все же пробудили его к жизни и влили энергию. Бестактность Исмея, горе Сандры, заподозренной во лжи, — вот что заставило Кристена решительно заняться делом. Один из главных свидетелей бесстыдно лгал, и эта ложь была настолько серьезна, что другой мог в критической ситуации прибегнуть к последнему аргументу. Настала пора заняться Кристианом Исмеем, поскольку его противник, старший сын Сандры, был убит кем-то, весьма заинтересованным в его смерти.

Но сердце Элмера Ханта было пронзено, вне всяких сомнений, тем же оружием, которым убит и Нино.

Теодор Кристен сидел дома за чашкой черного кофе, и в голове его бродили мрачные мысли. Все участники разыгравшихся событий могли быть подведены под подозрение.

Вот Александра Секки, женщина, пережившая тяжелое разочарование.