Начальник Управления походил из угла в угол и сел в глубокое мягкое кресло. Он недолго помолчал, сосредоточенно думая о чём-то своём, и вдруг заулыбался. Увидев это, я сразу понял, что он обдумал подробности нашей выброски.

― Вы, молодёжь, что-нибудь про Скорценни слышали? — Проговорил генерал, довольно потирая руки.

― Ну, а как же, товарищ генерал? Обижаете! Кто же не читал или не слышал истории о лучшем диверсанте третьего рейха? Однако, наши бойцы во время войны работали не хуже. Одного гитлеровского генерала прямо в кровати взорвали. Вот это был высочайший класс работы суперклассных профессионалов, ― ответил я и за себя, и за полковника Климова.

― Ладно, не ершись, патриот! Я, кстати, и не думал Скорценни в пример вам ставить, хотя у врага всегда есть чему поучиться. Мне просто вспомнилась его операция по освобождению Муссолини. Помните? Германское командование тогда большой отряд диверсантов вермахта высадило на планёрах. Чернышов, твой заместитель, в юности в аэроклубе занимался, да и сейчас, я слышал, на спортивных самолётах летает. Так вот, подготавливаем летательный безмоторный аппарат, загружаем снаряжение и прочее, посадка на воду с последующим самозатоплением планёра подальше от берега. Пока его обнаружат, если вообще обнаружат, вы успеете операцию провести и уйти. В гидрокостюмы облачаетесь на аэродроме, акваланги надеваете в момент приводнения, ну а дальше под водой до дренажного канала, короче говоря, детали обмозгуем во время тренировок. К ним надо приступать прямо с завтрашнего дня. Да, и надо обязательно подумать об отходе после завершения операции.

— А что, товарищ генерал? Это идея! Думаю, долетим без проблем. А насчёт отхода, когда завершим саму операцию, тогда и подумаем. На месте посмотрим. Зачем сейчас время зря терять? ― сказал я.