― Оставишь дело?

― Конечно! ― ответил полковник. Он хотел ещё что-то добавить, но не успел, так как в дверь кабинета постучали.

― Разрешите войти, товарищ полковник! Здравия желаем!

― Заходите! ― Я поднялся из-за стола, вышел навстречу вошедшим офицерам и поздоровался с ними. Это были именно те, с кем мне предстояло пойти на выполнение трудного и весьма опасного задания — майор Алексей Чернышёв и прапорщик Дмитрий Сокольников.

Закрыв за ними дверь, я позвонил дежурному и предупредил его, чтобы меня не беспокоили.

― Что это вдруг такая конспирация, командир? ― Спросил меня майор Чернышёв.

― Сейчас узнаете! Разрешите вначале познакомить вас с полковником с Климовым из КГБ СССР. А это…, ― и я поочерёдно представил помощнику Председателя КГБ своих офицеров. Ещё в Москве мы договорились, что в курс дела их введёт Климов.

В течение сорока минут он изложил им суть операции, её детали и особенности, над которыми мы трудились и корпели почти сутки.

― На подготовку к операции нам дано чуть более трёх недель, на проведение одна ночь. Идти придётся на свой страх и риск, так как в случае опасности никто не сможет оказать нам помощь, ибо никто не должен узнать гражданами какой страны мы являемся, ― закончил полковник свой доклад.

Наступила гробовая тишина, которая могла бы длиться сколь угодно долго, если бы я не спросил своих офицеров: «Ну, что ребята? Дело серьёзное, если кто-то из вас чувствует, что не потянет или даст слабину потом, лучше отказаться сразу и сейчас. Я всё пойму и не обижусь. Сами понимаете, что обид в таком деле быть не может. А рисковать нельзя ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах!»

― Командир! — раздался голос прапорщика, — зачем лишние слова, лучше поберечь силы для решения более важных проблем.